Неточные совпадения
Всякий
дом казался ей длиннее обыкновенного; белая каменная богадельня с узенькими окнами тянулась нестерпимо долго, так что она наконец не вытерпела не сказать: «Проклятое строение, и конца нет!» Кучер уже два раза получал приказание: «Поскорее, поскорее, Андрюшка! ты
сегодня несносно долго едешь!» Наконец цель была достигнута.
«
Сегодня в десятом часу вечера приходи ко мне по большой лестнице; муж мой уехал в Пятигорск и завтра утром только вернется. Моих людей и горничных не будет в
доме: я им всем раздала билеты, также и людям княгини. Я жду тебя; приходи непременно».
— А чего такого? На здоровье! Куда спешить? На свидание, что ли? Все время теперь наше. Я уж часа три тебя жду; раза два заходил, ты спал. К Зосимову два раза наведывался: нет
дома, да и только! Да ничего, придет!.. По своим делишкам тоже отлучался. Я ведь
сегодня переехал, совсем переехал, с дядей. У меня ведь теперь дядя… Ну да к черту, за дело!.. Давай сюда узел, Настенька. Вот мы сейчас… А как, брат, себя чувствуешь?
Дома, когда гости уедут, она, еще в пышном наряде, бросается ему на грудь, как
сегодня…
— Нет,
сегодня целый день
дома пробуду, а вот в воскресенье, пожалуй! — равнодушно отнекивался Захар.
А день
сегодня праздничный,
Куда пропал народ?..»
Идут селом — на улице
Одни ребята малые,
В
домах — старухи старые,
А то и вовсе заперты
Калитки на замок.
Но
сегодня удовольствие это отравлялось воспоминанием о советах Матрены Филимоновны и о том, что в
доме так неблагополучно.
— Поздравь меня, — воскликнул вдруг Базаров, —
сегодня 22 июня, день моего ангела. Посмотрим, как-то он обо мне печется.
Сегодня меня
дома ждут, — прибавил он, понизив голос… — Ну, подождут, что за важность!
«Сим честь имею известить вас, милостивый государь мой, что приятель ваш, у меня в
доме проживавший студент, г. Авенир Сорокоумов, четвертого дня в два часа пополудни скончался и
сегодня на мой счет в приходской моей церкви похоронен.
Когда герои были уничтожены, они — как это всегда бывает — оказались виновными в том, что, возбудив надежды, не могли осуществить их. Люди, которые издали благосклонно следили за неравной борьбой, были угнетены поражением более тяжко, чем друзья борцов, оставшиеся в живых. Многие немедля и благоразумно закрыли двери
домов своих пред осколками группы героев, которые еще вчера вызывали восхищение, но
сегодня могли только скомпрометировать.
Самгин был уверен, что этот скандал не ускользнет от внимания газет. Было бы крайне неприятно, если б его имя оказалось припутанным. А этот Миша — существо удивительно неудобное. Сообразив, что Миша, наверное, уже
дома, он послал за ним дворника. Юноша пришел немедля и остановился у двери, держа забинтованную голову как-то особенно неподвижно, деревянно. Неуклонно прямой взгляд его одинокого глаза
сегодня был особенно неприятен.
У ворот своего
дома стоял бывший чиновник казенной палаты Ивков, тайный ростовщик и сутяга, — стоял и смотрел в небо, как бы нюхая воздух. Ворон и галок в небе
сегодня значительно больше. Ивков, указывая пальцем на баррикаду, кричит что-то и смеется, — кричит он штабс-капитану Затесову, который наблюдает, как дворник его, сутулый старичок, прилаживает к забору оторванную доску.
Захотелось
сегодня же, сейчас уехать из Москвы. Была оттепель, мостовые порыжели, в сыроватом воздухе стоял запах конского навоза,
дома как будто вспотели, голоса людей звучали ворчливо, и раздирал уши скрип полозьев по обнаженному булыжнику. Избегая разговоров с Варварой и встреч с ее друзьями, Самгин днем ходил по музеям, вечерами посещал театры; наконец — книги и вещи были упакованы в заказанные ящики.
— Знаю. Это — не мое дело. А вот союзники, вероятно, завтра снова устроят погромчик в связи с похоронами регента… Пойду убеждать Лизу, чтоб она с Аркадием
сегодня же перебралась куда-нибудь из
дома.
—
Дом новехонький; краски живы, как будто
сегодня он выкрашен.
У меня и теперь на шее
дома два птенца сидят, даже
сегодня меня задержали.
«Господа присяжные заседатели, вы помните ту страшную ночь, о которой так много еще
сегодня говорили, когда сын, через забор, проник в
дом отца и стал наконец лицом к лицу с своим, родившим его, врагом и обидчиком.
— Слушай, я разбойника Митьку хотел
сегодня было засадить, да и теперь еще не знаю, как решу. Конечно, в теперешнее модное время принято отцов да матерей за предрассудок считать, но ведь по законам-то, кажется, и в наше время не позволено стариков отцов за волосы таскать, да по роже каблуками на полу бить, в их собственном
доме, да похваляться прийти и совсем убить — все при свидетелях-с. Я бы, если бы захотел, скрючил его и мог бы за вчерашнее сейчас засадить.
— Я просто не пущу тебя
сегодня, Леонтий, — сказал Райский, — мне скучно одному; я перейду в старый
дом с тобой вместе, а потом, после свадьбы Марфеньки, уеду. Ты при бабушке и при Вере будешь первым министром, другом и телохранителем.
— Скажи Николаю Васильевичу, что мы садимся обедать, — с холодным достоинством обратилась старуха к человеку. — Да кушать давать! Ты что, Борис, опоздал
сегодня: четверть шестого! — упрекнула она Райского. Он был двоюродным племянником старух и троюродным братом Софьи.
Дом его, тоже старый и когда-то богатый, был связан родством с
домом Пахотиных. Но познакомился он с своей родней не больше года тому назад.
— Вы морщитесь: не бойтесь, — сказал Марк, — я не сожгу
дома и не зарежу никого.
Сегодня я особенно пью, потому что устал и озяб. Я не пьяница.
Одевалось студенчество кто во что, и нередко на четырех квартирантов было две пары сапог и две пары платья, что устанавливало очередь:
сегодня двое идут на лекции, а двое других
дома сидят; завтра они пойдут в университет.
— Ах нет, зачем же… Мы еще успеем и
сегодня сделать кое-что, — упрямился Ляховский и с живостью прибавил: — Мы вместо отдыха устроим небольшую прогулку, Сергей Александрыч… Да? Ведь нужно же вам посмотреть ваш
дом, — вот мы и пройдемся.
— Когда мы подъедем, ты выйди у подъезда, а потом через полчаса я тебе сама отворю двери… — шептала Половодова, когда карета катилась мимо бахаревского
дома. — Александр домой приедет только утром… У них
сегодня в «Магните» будет разливанное море. Тебя, вероятно, приглашали туда?
Да, я сейчас же ухожу из вашего
дома и не поручусь, что ваша жена
сегодня же не узнает о ваших милых похождениях.
— Мир
дому сему, — крикнул поп Савел еще под окошком. — У меня
сегодня в голове такая мельница мелет… А я уж поправился, стомаха ради и частых недуг!..
Когда Микрюков отправился в свою половину, где спали его жена и дети, я вышел на улицу. Была очень тихая, звездная ночь. Стучал сторож, где-то вблизи журчал ручей. Я долго стоял и смотрел то на небо, то на избы, и мне казалось каким-то чудом, что я нахожусь за десять тысяч верст от
дому, где-то в Палеве, в этом конце света, где не помнят дней недели, да и едва ли нужно помнить, так как здесь решительно всё равно — среда
сегодня или четверг…
— Э, да неужели и вправду вам неизвестно, что
сегодня будет свидание Аглаи Ивановны с Настасьей Филипповной, для чего Настасья Филипповна и выписана из Петербурга нарочно, чрез Рогожина, по приглашению Аглаи Ивановны и моими стараниями, и находится теперь, вместе с Рогожиным, весьма недалеко от вас, в прежнем
доме, у той госпожи, у Дарьи Алексеевны… очень двусмысленной госпожи, подруги своей, и туда-то,
сегодня, в этот двусмысленный
дом, и направится Аглая Ивановна для приятельского разговора с Настасьей Филипповной и для разрешения разных задач.
— Своего положения? — подсказал Ганя затруднившемуся генералу. — Она понимает; вы на нее не сердитесь. Я, впрочем, тогда же намылил голову, чтобы в чужие дела не совались. И, однако, до сих пор всё тем только у нас в
доме и держится, что последнего слова еще не сказано, а гроза грянет. Если
сегодня скажется последнее слово, стало быть, и все скажется.
— О нет, — отвечал Коля, как раз столкнувшийся вместе с ними в воротах
дома, — я здесь давным-давно, с Ипполитом, ему хуже,
сегодня утром лежал. Я теперь за картами в лавочку спускался. Марфа Борисовна вас ждет. Только, папаша, ух как вы!.. — заключил Коля, пристально вглядываясь в походку и в стойку генерала. — Ну уж, пойдемте!
— Так я и порешил, чтоб ни за что, парень, и никому не отдавать! Ночью проночуем тихо. Я
сегодня только на час один и из
дому вышел, поутру, а то всё при ней был. Да потом повечеру за тобой пошел. Боюсь вот тоже еще что душно, и дух пойдет. Слышишь ты дух или нет?
— Maman не совсем здорова, Аглая тоже. Аделаида ложится спать, я тоже иду. Мы
сегодня весь вечер
дома одни просидели. Папаша и князь в Петербурге.
Веру искал и мыкался, мыкался по всему свету вольному, а вот
сегодня ее
дома нашел…
—
Сегодня ж изготовлю, — молвила Макрина и, простясь с Марком Данилычем, предовольная пошла в свою горницу. «Ладно дельцо обделалось, — думала она. — После выучки дом-от нам достанется. А он, золотая киса, домик хороший поставит, приберет на богатую руку, всем разукрасит, души ведь не чает он в дочке… Скажет матушка спасибо, поблагодарит меня за пользу святой обители».
— Не отрекусь от слова, по уговору отдам, по той цене, что
сегодня будет, — ответил Меркулов. — Мы вот как сделаем, Василий Петрович. Ужо часа в три будьте
дома, я зайду за вами, и вместе поедем на биржу. Там узнаем настоящую цену, там, пожалуй, и условие напишем.
— В лес по грибы
сегодня ходила я, — молвила рябая Даренушка. — Всю Фатьянскую долину вдоль и поперек исходила. В барском
дому окошки все скрыты. Должно быть, барыня еще не приезжала. И никакого знака нет, чтобы
дом был жилой.
Цель их пребывания на балконе двоякая. Во-первых, их распустили
сегодня раньше обыкновенного, потому что завтра, 6 августа, главный престольный праздник в нашей церкви и накануне будут служить в
доме особенно торжественную всенощную. В шесть часов из церкви, при колокольном звоне, понесут в
дом местные образа, и хотя до этой минуты еще далеко, но детские сердца нетерпеливы, и детям уже кажется, что около церкви происходит какое-то приготовительное движение.
— Куда
сегодня кобыл-то наряжать? или
дома оставить? — спрашивает она.
Все, о чем Анна Марковна не смела и мечтать в ранней молодости, когда она сама еще была рядовой проституткой, — все пришло к ней теперь своим чередом, одно к одному: почтенная старость,
дом — полная чаша на одной из уютных, тихих улиц, почти в центре города, обожаемая дочь Берточка, которая не сегодня-завтра должна выйти замуж за почтенного человека, инженера, домовладельца и гласного городской думы, обеспеченная солидным приданым и прекрасными драгоценностями…
— Поедемте лучше, господа, по
домам… а-а-а… спатиньки… Довольно на
сегодня.
Отдашь за меня Марью Гавриловну,
сегодня ж ей
дом и пятьдесят тысяч в опекунский совет на ее имя внесу…
— Однако покаместь прощай, — молвил Сергей Андреич, хлопнув по плечу Алексея. — У меня
сегодня пароход отваливает… Некогда… Заходи ко мне — покалякаем. Дом-от мой знаешь?
— Я это знаю от нее же, мой друг. Да, она — премилая и умная. Mais brisons-là, mon cher. Мне
сегодня как-то до странности гадко — хандра, что ли? Приписываю геморрою. Что
дома? Ничего? Ты там, разумеется, примирился и были объятия? Cela va sanà dire. [Это само собой разумеется (франц.).] Грустно как-то к ним иногда бывает возвращаться, даже после самой скверной прогулки. Право, иной раз лишний крюк по дождю сделаю, чтоб только подольше не возвращаться в эти недра… И скучища же, скучища, о Боже!
— Он у себя
дома, я вам сказала. В своем вчерашнем письме к Катерине Николаевне, которое я передала, он просил у ней, во всяком случае, свидания у себя на квартире,
сегодня, ровно в семь часов вечера. Та дала обещание.
— Так вы не знали? — удивилась Версилова. — Olympe! князь не знал, что Катерина Николаевна
сегодня будет. Мы к ней и ехали, мы думали, она уже с утренним поездом и давно
дома. Сейчас только съехались у крыльца: она прямо с дороги и сказала нам пройти к вам, а сама сейчас придет… Да вот и она!
Милый Аркадий, он очень зовет тебя, и не обижайся после вчерашнего: он
сегодня не так здоров и весь день
дома.
Несмотря на все, я нежно обнял маму и тотчас спросил о нем. Во взгляде мамы мигом сверкнуло тревожное любопытство. Я наскоро упомянул, что мы с ним вчера провели весь вечер до глубокой ночи, но что
сегодня его нет
дома, еще с рассвета, тогда как он меня сам пригласил еще вчера, расставаясь, прийти
сегодня как можно раньше. Мама ничего не ответила, а Татьяна Павловна, улучив минуту, погрозила мне пальцем.
— Ах, в самом деле! — подхватил князь, но на этот раз с чрезвычайно солидною и серьезною миной в лице, — это, должно быть, Лизавета Макаровна, короткая знакомая Анны Федоровны Столбеевой, у которой я теперь живу. Она, верно, посещала
сегодня Дарью Онисимовну, тоже близкую знакомую Анны Федоровны, на которую та, уезжая, оставила
дом…
В десять часов я намеревался отправиться к Стебелькову, и пешком. Матвея я отправил домой, только что тот явился. Пока пил кофей, старался обдуматься. Почему-то я был доволен; вникнув мгновенно в себя, догадался, что доволен, главное, тем, что «буду
сегодня в
доме князя Николая Ивановича». Но день этот в жизни моей был роковой и неожиданный и как раз начался сюрпризом.
Сегодня в четыре часа после обеда Петр Лукич отправил в
дом покойной жены свой ветхий гардероб и книги.
Сегодня же он проведет первую ночь вне училищного флигеля, уступая новому смотрителю вместе с местом и свою радость, свою красавицу Женни.